Лукавый в ярости

Семидесятая часть

А тогда он был совершенно непонятным, потому таинственным и страшным. Володька носил загадочную кличку Хванчкара и ошарашивал любого распетушившегося пацана исключительностью своей биографии: «Я в тюряге родился, понял? Для меня тюряга — родимый дом!». Пожалуй, так оно и было — Володькиного отца расстреляли, а мать умерла в лагере, но об этом он сам узнал четверть века спустя после побега на фронт. Ивановы родители так и остались во мраке — подкидыш он, к приюту подбросили грудным с невразумительной запиской “Мальчика зовут Ваней, родители его где-то” и все. Подумали-подумали в приюте и записали на странную фамилию Где-то…

   Они шли
Читать далее

Шестьдесят девятая часть

Искры, доставшейся ему от Бога, он боялся как огня — парадоксально, но это так: всю жизнь Иван боролся со своим талантом, зная, что живет не в свое время. Что он чужак, что талант — своего рода белые перья на вороне, тогда как подавляющее большинство вокруг черным-черных, не совестливых, а нахальных, не честных, а вороватых, не благородных, а подлых. И все эти так называемые “отдельные личности” были на самом деле типическими в типических обстоятельствах — такое определение когда-то втемяшили ему в голову литинститутские профессора.

   Поэты подразделяются на две главные категории: тех, кто просит, предлагает или настаивает на
Читать далее

Шестьдесят восьмая часть

Это дало возможность заронить в толпу искорку доверия к своей особе. Он показал самодельное приглашение, спросил, где здесь печать, вспомнив, к счастью, что здесь печать, особенно круглая да еще с гербом — совершенно бесспорный аргумент.

   — Нашлепала, понимаете, на кухонном компьютере… Вот вы, господин прибалт, — он ткнул пальцем в университетский кемелек, — составьте список родственников с адресами и оставьте швейцару…

   — На американском ясыке?

   — Давайте и на американском, — махнул он рукой и потащил тещу, как нашкодившую школьницу, к подъезду. Та, чуя неладное, не очень сопротивлялась, но, оказавшись внутри посольства,
Читать далее

Шестьдесят седьмая часть

Жена тоже была удивлена неуемной активностью матери на общественной ниве, хотя из родственной ли, женской ли солидарности не подавала виду. Она тогда сидела перед зеркалом, готовила на ночь лицо и лениво, совершенно равнодушно отозвалась:

   — Она считает, что никому из них русские не дадут выездных виз.

   — Так объясни ей, что это не так. Они выпускают практически всех. Это мы ограничиваем количество виз для эмигрантов, а не они. Мы, как говорят русские, за что боролись, на то и напоролись. Отсюда множество всевозможного дерьма желает эмигрировать, а если это не удается, то поехать в так
Читать далее

Шестьдесят шестая часть

Тут впору с Петровкой, 38 совместное предприятие по борьбе с мафией и проверке биографий создавать. А ему, видите ли, трижды мокрушнику, неизвестно сколько раз насильнику и профессиональному расхитителю социалистической собственности — Даниэль знал, кем возмущался, — въездную анкету отмени!

   Ледяную ярость шефа вызвали не уголовники с гуманистическими претензиями, не лозунги, в которых социализм и коммунизм менялись местами с капитализмом и империализмом — можно подумать, что это впервые за всю историю. Причина таилась в демонстрантах первого ряда с огромным полотнищем, которое Даниэль поначалу не заметил, поскольку стал обозревать толпу с задних рядов, выискивал старых знакомых, чтобы узнать, чья
Читать далее

Шестьдесят пятая часть

Пока нет. А для окружающих — о, уже да. В том числе и для Москвы.

   — А как эта штука по-вашему называется?

   Билл Тетервудс замялся, увильнул в сторону от прямого ответа, задав почему-то вопрос о том, как у него дела с мочеиспусканием. Однако Даниэль Гринспен не из тех парней, от которых можно запросто отделаться.

   — Билл, с мочой у меня полный порядок. Ты скажи прямо: как эта моя штука у вас, медиков, называется?

   — Параноидальный синдромчик. Небольшой, не совсем взрослый, не совсем оформившийся, но уже синдром. Меняй работу. Ты где сейчас
Читать далее

Шестьдесят четвертая часть

Блокъ» поэму «Ускоряя ускорение ускорения»!

   — Имей в виду: рядовой генералиссимус, по всей вероятности, не человек, а лишь для блезиру как бы человеческий фактор, но вкрутую. Венец эволюции Каинова семени, понял? Нечистая сила создавала его в противовес человеку одухотворенному и потому разумному. Сделать так, чтобы рядовой генералиссимус унялся, нечистая сила не в состоянии, поскольку он это время принял за свое. Наша задача: дать возможность Около-Бричко раскрыть все свои антиталанты, чтобы люди могли понять опасность этого типа человекообразных. Понять — это не всегда простить, а, прежде всего, знать. Люди должны знать! Но за свое знание они не должны
Читать далее

Шестьдесят третья часть

И тогда Лукавый в ярости напустил порчу на несчастного психиатра Тетеревятникова! Каких еще козней можно ожидать? Великий Дедка запросил нейронно-логическую службу: Господи, чего только они не наворочали! Среди них два варианта заслуживали внимания. Первый: участковый инспектор, старший лейтенант Триконь, может быть вдохновлен нечистыми на возбуждение уголовного дела против рядового генералиссимуса по подозрению в отравлении Степки Лапшина. Отпечатки пальцев Аэроплана Леонидовича на стакане — факт несомненный, а хладный труп соседа — опровержимый? Мотивы? С ними Лукавому придется непросто, тем более что в крови у погибшего тридцать процентов алкоголя приличной питьевой формулы и — ни грамма древесного! Было бы логичнее
Читать далее

Прямая термопечать
logoprint.kharkov.ua